Девочка из блокадного Ленинграда
Продолжая цикл «Исторический реквием», посвящённый 80-летию Победы в Великой Отечественной войне, прозвучало стихотворение Андрея Гуркова «Девочка из блокадного Ленинграда». В исполнении Полины Пашаевой оно стало живым откровением — тихим и пронзительным рассказом о судьбе, ставшей символом всех детей, переживших Блокаду.
«Как странно…мне больше не хочется есть…и ноги совсем не болят…
Нет…нужно подняться…хотя бы присесть…ведь я это мой Ленинград…»
Такая поэзия — это не просто строки. Это документ боли и любви, света и мрака, в котором каждый образ — как вырезанный из гранита. Через голос Полины в нас говорит память — без надрыва, но с правдой, от которой перехватывает дыхание.
Эта девочка — собирательный образ тысяч маленьких героев, чьё детство было украдено войной. Но в этих строчках живёт не только трагедия, но и надежда: если мы помним, они живы. А значит, жив и дух города, выстоявшего в темноте.
Как странно…мне больше не хочется есть…и ноги совсем не болят…
Нет…нужно подняться…хотя бы присесть…ведь я это мой Ленинград.
Пока я живая, живет город мой, зажатый в блокадном кольце.
И мама живая, и братик живой… замерзший на нашем крыльце…
Сквозь окна разбитые падает снег, паркет укрывая ковром.
Я верю, что к счастью придет человек, но все это будет потом…
Потом…через время и снежную мглу, пройдя по дороге смертей…
А может быть я насовсем не умру? Уйду просто к маме своей?
Нет, нужно подняться, нельзя мне лежать, ведь я это мой Ленинград!
Нельзя нам сдаваться…как хочется спать…укутавшись в снежный наряд…
Уже третий год мы в блокадном плену: бомбежки, разруха и смерть…
За что ты нам, боже, придумал войну? За что я должна умереть?!
Опять мне приснился загадочный сон: стою я одна над Невой,
И вижу, как чайка мне машет крылом и манит меня за собой.
Потом вдруг взметнулась она в небеса и скрылась в седых облаках…
И мамины были у чайки глаза…любовь в них, забота и страх.
Немного посплю и схожу за водой…чуть-чуть только сон досмотрю…
Нет силы бороться…прости город мой…и помни: тебя я люблю…
А. Гурков.
